• Регистрация
Советы эксперта
Юлия Закиева
Образ жизни
Последний вопрос:
Здравствуйте, Юлия! Я сделала работу "Мона Лиза" Из ниток, в стиле лач хук( Типа коврика) Оформила ее в рамку, картина получилась оч...

Лица
Шамиль Валеев о тюркском матриархате, кризисе среднего возраста и публичности
Шамиль Валеев о тюркском матриархате, кризисе среднего возраста и публичности
Дата публикации:
12 Февраля 2014
 
Одноклассники

Мы в китайском ресторане – я здесь первый раз, сначала даже промахнулась с адресом и потому чуть опоздала. Вообще когда договариваюсь о встрече с человеком, с которым у меня нет большого опыта общения, есть у меня такой «входной тест»: кто предложит место? Поскольку я человек, скажем так, активный, многие ждут этого предложения от меня — а я всегда немного теряюсь. Боюсь промахнуться – вдруг мое предложение окажется слишком пафосным или недостаточно пафосным, вдруг место неудобное и т.д. Поэтому с облегчением выдохнула, когда услышала: "Индокитай". Нормально?» Ну и поставила плюсик.

— Ты на меня производишь впечатление закрытого человека. Мне кажется, ты мало кого к себе подпускаешь и не очень доверчив. А тут в Фейсбуке появляется видео, где ты играешь на гитаре. У тебя эта публичность не вызывает внутреннего протеста?

— Жизнь одна. За печкой всю не просидишь. У меня был опыт «закрытости» – из него я всё, что нужно, взял. Теперь переживаю опыт «открытости» – позволил себе больше общения. Даже разрешил себе немного заикаться. Раньше в голове всегда редактировал фразу и тараторил, чтобы успеть выпалить без заикания. Теперь, когда на это плюнул, выяснилось, что, в общем, не так уж часто заикаюсь. Кроме того, раньше парился с публичными выступлениями. Сейчас учусь получать от этого некоторое удовольствие.

— Но ты все-таки интроверт.

— Ну, конечно. В нашей работе нужно часто и сильно сосредотачиваться. Например, текст пишешь 30-40 минут. Это время полной концентрации. Но до того нужно собрать мысли в кучу. Вроде бы ничего не делаешь, но внутренняя работа идет. И отнимает силы.

Многое о себе узнал, глядя на сыновей. Когда, например, младший из моих пятилетних двойняшек чем-то увлечен и его кто-то трогает, он огрызается. Для него это травма, когда его трогают. Я стараюсь быть доброжелательным в такой ситуации, хотя внутри эмоция та же. Получается, я переношу эту травму на себя, а не на окружающих. А публичность свою я сознательно раскачиваю: вызов самому себе — жалко умереть недовыраженным, промолчавшим. Вдруг что-то полезное сообщу. В общем, публичность, как и музыкальный слух, например – история тренируемая.

Шамиль Валеев. публичность - история тренируемая.jpg

Редко, но бывает: вроде бы почти незнакома с человеком, так – где-то пересекались, о чем-то говорили, а ощущение, что с детского сада знаешь. У меня такое с Шамилем. «Ты не помнишь, мы с какого времени знакомы?» – спрашиваю. «Видел твои передачи злобненькие, бодренькие. Не помню точно. Но знаю, что мы шли параллельными курсами».

Ну конечно… На параллельных курсах учились, в параллельных средах общались. Наверное, слушали «Металлику» и русский рок, пили спирт «Рояль» (не пойму, как выжили-то?) и отжигали на параллельных дискотеках*. Видимо, это такая, боюсь показаться пафосной, поколенческая тема – люди приблизительно одного возраста и схожего круга общения знают друг друга априори, хотя вообще-то первый раз встретились, чтобы просто поболтать. Еще говорят, что параллельные линии не пересекаются…

*Примечание Шамиля Валеева: Кстати, нет: ни русского рока, ни дискотек, ни рояля. Британский рок, Ремарк и водка «Распутин».

Несмотря на схожий — «поколенческий» — опыт, к Шамилю у меня миллион вопросов, причем преимущественно эгоистичного свойства. Например, мне интересно, как это вот было бы, если бы я в свое время целиком осталась в журналистике, а не увлеклась рекламой. Интересно узнать про гитару. Интересно присмотреться и понять, почему его побаиваются и называют «глыбой» коллеги по цеху. Интересно, как это быть главредом в общественно-политическом СМИ, и при этом разрешить себе быть достаточно открытым в своих публичных проявлениях.

— В твоих «Не-карьерах» нет ни слова о том, что ты хотел пойти в журналистику. Думал ты об этом вообще?

— Думать мне об этом было бесполезно, потому что отец мой был собкором цекашной «Советской Культуры», а до того — «Комсомолки» по Башкирии при редакторе Геннадии Селёзневе (спикер Госдумы в 90-е), а ещё до того — входил в звёздный состав борзого «Ленинца» второй половины 70-х. Бегал мелким и подростком по 8 этажу Дома Печати, смотрел как Гальперин с кем-то рубился в пинг-понг.

Мама – социолог знаменитой Аитовской научной школы: всю жизнь в поле, малые города – Кумертау, Кушнаренково. Оба хотели, чтобы я стал ученым, потому что ученые – лучшие люди на земле. Так они решили, глядя на БГУшных преподавателей, приехав поступать туда из своего Бижбуляка и Чекмагуша. И, в общем, я к этому шел. Я тогда еще не знал, что нужно своё жить, а не недожитую жизнь своих родителей. Учился в аспирантуре в авиационном, начал преподавать, занимался соцопросами, опрашивал элиту идеологическую, включая Алика Фаизовича Шакирова, первого пресс-секретаря президента Башкирии. И вот однажды осенью, опрашивая его как эксперта, неожиданно для себя попросился на работу в «Башинформ», не так давно созданный. Толком еще не зная, чем занимаются в агентстве новостей. В общем, я соскочил с науки в журналистику. Выучил, сколько «н» в именах-отчествах у вице-премьеров, катался по полям и фермам в кортежах. Потом собкорил, отскакивал на пару лет в пиарщики, и снова вернулся в медиа. Это — моё.

Шамиль Валеев. Медиа - это мое.jpg

— Ну и как думаешь теперь, ты «снова бы стал собой»?

— Да. Шутить с сослагательным наклонением на истфаке отучают. Сейчас непонятное, но хорошее время. Я получаю долгожданное удовольствие от того, что все мы, целая инфантильная республика, привыкшая жить по указке, постепенно уходит от патернализма, разрушает в своей голове некую пирамиду, учится думать своей башкой. В том числе и я. Это же мой выбор. Сейчас, в принципе, есть возможность быть равным самому себе. Не частью клана. Не «зурначальником». Не изгоем-«апазиционером». Не «жуликом-спекулянтом». Занимать свой природный объём. Никого из себя не корчить. Несмотря на воспитание тюркских мальчиков, которое предполагает, что ты должен быть меньше, чем ты есть: занимать меньше места, не напоминать о себе. Это все элементы тюркского матриархата.

— Какого еще матриархата?! Это женщины у нас пришибленные ходят – какой же тут матриархат?

— Я, конечно, не проводил на эту тему исследований, но вот, например, в башкирской или татарской деревне как говорят, описывая идеального жениха? «Хороший парень, ПРАСТОЙ!». Это означает — послушный, как теленок, не бухает шумно, не гуляет сильно, не умничает. И я не видел ни одной пришибленный женщины, но слышал много женщин, которые об этом говорят. В деревне, где я рос, была женщина, которая регулярно била своего мужа – физически, поленом. Мне кажется, все эти представления о тюркском, мусульманском патриархате — миф или анахронизм. Что-то не попадались на глаза мужики, которые не боятся жён. Здесь командуют женщины. Например, только что назначили главой администрации Ленинского района женщину. Во всех развлекательных заведениях – одни женские компании гуляют.

— Ну, это скорее исключение. На самом деле вся власть у нас в Уфе, и в стране в мужских руках…

— Мужчины часто обладают видимой частью власти, а женщины – неявной. Например, мужчина – начальник, а заправляют в конторе всем его замы-женщины или главбух. Сейчас все чаще встречаю тестостероновых женщин. И взрыв этой популяции произошел как раз в 90-е. Мужчины считают своей реализацией умение встроиться в систему – пошел на завод, стал каким-то начальником цеха – ну и пашет, деньгу домой приносит. В 90-е, когда все системы начали сыпаться, стали больше цениться такие качества, как живучесть и адаптивность к непонятным условиям. Какие-то особо яркие мужики «выстрелили», но в массе своей именно женщины, стиснув зубы, забросив указки, пошли торговать на рынок. А сейчас у них бутик, короткая стрижка, крепкий загривок и знакомый Ахмед из Шарма. Сейчас востребованы прежде всего женские качества – терпеливость, умение принимать людей такими, какие они есть. И куда деваться тестостероновым мужчинам? Драться? На людей кидаться? Войны же нет. Вот и подрезают друг друга на Проспекте Салавата Юлаева, играя в тупые самцовые игры.

Шамиль Валеев про тестостероновых женщин и мужчин.jpg

— Ты довольно поздно стал отцом – в 35 лет. Почему?

— Инфантильность…

— Ты, наверное, осознанно рано не женился, не заводил детей?

— Не могу сказать, что я целенаправленно откладывал, но сейчас я так думаю, что пытался избежать «отцовской» модели. Мои родители поженились сразу после университета и разошлись, когда мне было 5 лет. Отец переехал жить в Казань, у него другая семья, у меня родился брат. Мы общались с отцом — хорошо, интересно, концентрированно, но мало. Мы были и на КамАЗе, и на БХО «Агидель», и в обкоме партии. Но мало. И я для себя решил, что у моих сыновей должен быть рядом отец в том количестве и качестве, в котором нужно. Тот, который научит их вязать морской узел, пинаться в коленную чашечку, расскажет, как себя вести во время драки (а лучше – избежать), и в какое медучреждение пойти в случае чего. Чего у меня не было.

— Ты вообще любишь детей – я не только про своих, а в целом про малышей?

— Я люблю интересных людей, и все равно, сколько им лет.

— Ну, в годовалом возрасте вряд ли человек может быть интересным…

— Я так не считаю. С самого начала о человеке можно многое понять. И он не меняется. Обаятельные люди притягивают к себе внимание еще из колыбели – одной улыбкой. Или взглядом. Кстати, это глубокое женское заблуждение, что человека можно изменить. Я думаю, Аллах что-то имеет в виду, когда создает нас такими, какие мы есть.

Шамиль Валеев считает, что о человеке все можно понять с самого начала.jpg

— Но люди же все равно нас меняют. Про себя, например, могу точно сказать, кто и каким образом меня изменил.

— Недавно мы купили машину для информслужбы, чтобы могла угнаться за любым кортежем в случае чего, и не стыдно было подкатить к любому учреждению – для «официального» журналиста это важно. Довольно долго выбирали, наконец выбрали. Машина, в общем, не сказать чтобы распространенная, но вдруг я стал замечать, что вижу в потоке только эту модель — будто они весь город заполонили. Человеческое сознание устроено таким образом, что мы видим только то, что нам на самом деле нужно и что мы готовы увидеть. И то, что тебе на самом деле нужно, ты найдешь, не делая для этого никаких титанических усилий и без мучений.

А если при этом, например, вокруг тебя будет ходить человек с мегафоном и кричать: «Поступай на курсы трактористов», – ты этого все равно не услышишь. Если чувствуешь свою миссию, знаешь, что родился «юкка тугель» («не напрасно», цитата из популярной песни Рима Хасанова и Назара Наджми), то ты будешь изменять себя так, чтобы выполнить предначертанное Аллахом. Расти. Принимать влияние тех, с кем тебе по пути. Но суть не изменишь. Разве что раскроешь задавленное в себе.

— Значит, ты фаталист? А как же есть люди, которые работают над собой, развиваются постоянно, иногда назло судьбе?

— Часто это вопрос доверия к себе. И умение себя услышать. Мне, например, очень сильно всегда мешало воспитание татарских мальчиков, которое предполагает некоторый элемент самоотречения, самурайства. Но отрекаясь от себя, ты можешь себя не услышать: чего ты хочешь на самом деле и с какой программой тебя прислал сюда Создатель? И что-то должно с человеком случиться, чтобы он услышал себя — это так называемая инициация. Она у всех происходит в разное время. У меня была довольно поздней – в 35 лет. Двойня. 40 перелётов. Жёсткая работа. Злое начальство. Вынужденный отъезд из Уфы в Москву, возвращение на крыльях, кидок на 700 тысяч во время расширения квартиры — нарвался на профессиональную мошенницу. Необходимость командовать, преодолевая тактичность . С тобой происходят события, которые переворачивают твою жизнь. И после этого у тебя пропадает страх перед жизнью.

Шамиль Валеев - фаталист.jpg

— А что произошло в твоей жизни, когда ты решил учиться играть на гитаре? Ты вообще серьезный меломан, да?

— Был когда-то. В юности слушал все подряд. В подростковом возрасте человек начинает осознавать, что когда-нибудь умрет. И становится тоскливо. Мрачноватая подростковая рок-музыка и субкультуры помогают пережить ему это, не быть одиноким в своих экзистенциальных страданиях. К 93-му году, когда я собрал все кассеты, которые хотел, понял, что все – хватит. И много лет вообще ничего не слушал, несмотря на mp3 и широкополосный интернет. Недавно снова начал слушать. И слышать. А гитара… Это произошло в том возрасте, когда кто-то садится на мотоцикл, кто-то женится на негритянке, а кто-то с парашютом прыгает. Типа очередной кризис возраста. Если в подростковом возрасте человек впервые задумывается о том, что когда-нибудь может умереть, то к 40 годам понимает — неизбежность. И ты уже думаешь, чего ты на самом деле хочешь от жизни. К тому же у меня к этому времени почти в подарок образовалась гитара, о которой я даже не мог мечтать в детстве, и преподаватель хороший нашелся. Вот уже почти год 2 раза в неделю я беру уроки. И если между 35 и 40 годами я разбирался с собой пятилетним, глядя на сыновей, то теперь разбираюсь с собой 14-летним, который тоже нуждается в понимании и поддержке «старшего товарища» — самого себя. Пока учу гаммы, штрихи, приёмы, тэппинг, разбираюсь со звукоизвлечением. «Смоук-он-зе-вотер». «Претти-вуман». «А-я-риба-я-риба». Через годик смогу что-то сбацать, наверное. Время есть. Пока получаю удовольствие и набиваю «на левой три мозоли».

Уже не под запись, на улице, мы болтали о профессиональном — о молодых журналистах и блогерах, об интернет-проектах. И я подумала, насколько Шамиль не похож на журналиста — мы ж преимущественно болтуны и позеры, вечно всем хотим нравиться и не склонны к глубокому теоретизированию. Шамиль же – человек в себе, готов под каждую фразу подвести пятиэтажную теорию, даже если речь идет о хобби. Видимо, мечта родителей отчасти осуществилась – в глубине души Шамиль остается ученым, хотя и оставил эту страницу в своих «Не-карьерах», пишет свой сценарий.

С того дня, как мы разговаривали в «Индокитае», и до того времени, как я написала это интервью, прошло, наверное, недели три, не меньше. Когда не знаешь, как подступиться, всегда найдется повод отложить «варенье на завтра». И – что интересно – за все это время Шамиль не то чтобы ни разу не спросил, ну и даже не намекнул – ну что там, когда? Короче, выходной тест Шамиль тоже прошел на плюсик :).

Шамиль Валеев прошел выходной тест от Гульшат Булгаковой.jpg

Читайте также:

Послать ссылку другу Пожаловаться на материал
КОММЕНТАРИИ
Авторизуйтесь, чтобы отправить комментарий.